Форум переехал!!!
Наш новый адрес:


http://pougorec.kamrbb.ru




АвторСообщение
Дмитрий М
moderator


Сообщение: 3241
Зарегистрирован: 22.04.09
Репутация: 7
ссылка на сообщение  Отправлено: 13.03.10 14:03. Заголовок: Войска специального назначения




Спасибо: 0 
Профиль
Ответов - 62 , стр: 1 2 3 4 All [только новые]


феддоренко
постоянный участник


Сообщение: 362
Зарегистрирован: 13.03.10
Репутация: 2
ссылка на сообщение  Отправлено: 13.01.11 06:39. Заголовок: Уместно заметить, чт..


Уместно заметить, что в прорыве Витебского УР и взятии г. Витебска, кроме 4-й шисбр, принимали участие 5-я и 10-я шисбр, получив наименование «Витебских». В частности, части 10-й шисбр действовали северо-западнее г. Витебска в направлении на Сиротино, участвовали в освобождении г. Полоцка, при этом особо отличились 35-й обро и 47-й отп. Всего, обеспечивая наступление войск 6-й гвардейской армии 10-й шисбр за период с 22 июня по 27 июля 1944 г. при прорыве Витебского УР, освобождении г. Полоцка и в боях на подступах к г. Двинску (Даугавпилсу) было отремонтировано и проверено 198 км дорог, построено 1920 п. м мостов, снято 9572 мины, оборудовано 40 переправ. За это время саперами-штурмовиками бригады уничтожено 7 танков, 4 бронетранспортера и автомашины, 192 орудия и миномета, 73 пулемета, 28 дзотов и блиндажей, 1935 солдат и офицеров противника и 119 человек захвачено в плен[193].

В условиях городского боя огнеметные танки показали себя как сильное оружие, приводящее в ужас солдат противника. Они не только наносили ощутимый урон противнику, но и способствовали поддержанию наступательного порыва наших стрелковых частей.

За эту операцию полком было уничтожено 10 пушек разного калибра, 2 бронетранспортера, сожжено несколько зданий с гарнизоном, уничтожено около 500 и взято в плен 220 солдат и офицеров противника. При выходе на государственную границу с Восточной Пруссией полк так же успешно справился с поставленной задачей. В отзыве о боевой деятельности 513-го отп командир 63-й стрелковой дивизии генерал-майор Н. М. Ласкин подчеркивал, что во время прорыва обороны противника личный состав показал образцы смелости и решительности, неустанно продвигаясь в боевых порядках пехоты, уничтожая живую силу и технику противника[194]. В период прорыва обороны противника с задачей выхода на государственную границу танкистами полка было отражено 2 контратаки танков противника.

Следует подчеркнуть, что применение итп и отп в качестве линейных было нередким[195]. В одних случаях это диктовалось боевой обстановкой, в других – определенным непониманием и своим представлением об использовании огнеметных и инженерных танков. Это приводило к большим потерям, включая материальную часть, которая поступала в полки крайне редко. Выбывшие из строя танки заменялись линейными, а при больших потерях полки отправлялись на переформирование в тыл.

Кроме этого, имели место случаи, когда полки для ведения боя придавались одной армии, а бригада находилась в оперативном подчинении другой, на расстоянии от полка по фронту до 150 км. Такое положение совершенно лишало возможности штаб бригады установить контроль за действиями полка и влиять на ход выполнения им боевых задач. Нередко полк приходилось разыскивать через штаб фронта, который в период операции перебрасывал его из одной армии в другую.

Крайне ограниченные инженерные возможности танков и общий подход к их применению позволяют сделать следующее заключение. Выполняя одну инженерную задачу и не являясь универсальным, то есть саперным, как инженерно-танковые, так и огнеметные танковые полки были практически обречены на короткое «инженерно-саперное» существование.

По общему заключению шисбр, огнеметный танковый полк и по организации, и по вооружению, и по своим действиям показал себя как мощное средство прорыва сильно укрепленных позиций противника и как грозное оружие при штурме городов. Практика показала, что огнеметные танки лучше всего использовать в составе штурмовых групп.

Основу итп составляли танки-тральщики. В боевых действиях танки-тральщики использовались для сплошного разминирования местности и разминирования маршрутов.

Так, в октябре – ноябре 1944 г. саперы в ходе подготовки к Восточно-Прусской операции осуществляли сплошное разминирование наревского плацдарма[196]. На небольшом плацдарме, который занимали советские войска, было установлено только нашими частями около 50 тыс. мин. Ожесточенная борьба за расширение плацдарма постоянно изменяла очертание переднего края. Минные поля в своем большинстве формуляров не имели, а имевшиеся часто не соответствовали действительности. Кроме того, минные поля противника часто вклинивались в наши минные поля. Все это в значительной степени затрудняло расчистку плацдарма от мин.

Для разминирования противопехотных мин было решено использовать танки-тральщики 40-го итп 1-й комсомольской шисбр. Вместо тралов использовались частично усовершенствованные дорожные катки. За один раз танк с приспособленным к нему катком протраливал полосу шириной 5 м. За 10 часов одним танком с приспособленным к нему катком было подорвано около 4000 мин различных типов. Работы по сплошному разминированию противопехотных мин танками-тральщиками дали весьма значительный эффект в скорости разминирования и высоком качестве. При этом задача была выполнена без потерь.

Высокие темпы наступления поставили саперов в затруднительное положение. Они физически не успевали осуществлять разминирование маршрутов движения наших войск. Немцы при отступлении минировали дороги, что в значительной степени затрудняло движение боевой техники и обозов. Для проведения работ по разминированию маршрутов использовались танки-тральщики. Инженерные танки повзводно, приняв боевой порядок «уступом вправо», двигались впереди линейных танков, обеспечивая их продвижение. Взвод танков-тральщиков протраливал шестиметровую сплошную полосу, второй взвод в том же боевом порядке, следуя за первым, проверял его работу для полной гарантии. Скорость движения танков в отдельных случаях достигала 12–15 км в час. Применение танков-тральщиков для разграждения маршрутов дало возможность боевой технике и тылам беспрепятственно двигаться вперед. Во время летнего наступления 1944 г. танки 40-го итп проверили около 600 км дорог и во время зимнего наступления 1945 г. – порядка 300 км[197].

Приведенные примеры и в целом боевой опыт использования инженерно-танковых полков показали, что танки-тральщики с успехом могут применяться не только для устройства проходов при прорыве переднего края обороны противника, но и при разминировании маршрутов во время стремительного наступления наших войск, а также при сплошном разминировании местности на потерявших значение оборонительных рубежах.

Боевые действия итп показали на необходимость придания им саперов для выполнения задач по разграждению своих минных полей, подрыву противотанковых препятствий или устройству в них проходов, оперативному наведению необходимых переправ, обозначению и расширению проделанных проходов и для ведения инженерной разведки. В частности, при расширении наревского плацдарма боевые действия 12 танков-тральщиков обеспечивали 37 саперов-штурмовиков 1-й комсомольской шисбр, из которых 28 человек вошли в состав группы комендантской службы и 9 – в группу обеспечения[198]. В дополнение к этому имелось 10 человек резерва. Группа комендантской службы оснащалась 48 различными указателями, 20 сигнальными флажками, 12 сигнальными фонарями, 8 топорами, 4 укороченными щупами, 28 комплектами разминирования, столькими же финскими ножами, 8 сумками подрывника, 16 кг ВВ в малых толовых шашках и 4 ножницами. Саперы-штурмовики группы обеспечения имели 16 кг ВВ, 9 комплектов разминирования, 4 миноискателя, 4 укороченных щупа, 3 топора и саперную лопату. Отсутствие саперов приводило к большим потерям как тралов, так и танков.

Особенностью действий танков-тральщиков в период прорыва переднего края явилось то, что при своем движении через минные поля они не могли путем маневрирования обеспечить себя от прицельного огня противника.

Боевой порядок при использовании танков-тральщиков определялся командиром в зависимости от характера поставленной задачи, условий местности, времени года, плотности разведанных минных полей и их расположения на местности, наличия поддерживающих средств. Для выполнения боевой задачи, как правило, использовалось две трети имевшихся в исправном состоянии тралов, остальные находились в резерве командира полка. Были случаи, когда в ходе боя намечался успех на новом направлении, а переброска танков-тральщиков с ранее заданного боевого курса занимала много времени. Тогда в этом случае применялся находившийся поблизости резерв. Кроме этого, резерв танков-тральщиков использовался для расширения ранее устроенных проходов, а также для замены вышедших из строя во время выполнения боевого задания инженерных танков.

Чаще всего полк действовал на двух направлениях. На каждом направлении действовала одна рота, и одна рота оставалась в резерве командира полка. Боевой порядок роты танков-тральщиков строился преимущественно в две линии взводных колонн. Такое построение боевых порядков танковых рот давало возможность устроить необходимое количество проходов для пропуска по ним линейных танков и самоходных установок.

Таким образом, бригадам, усиленным в организационном отношении новыми структурными единицами, в третьем периоде войны по-прежнему приходилось решать целый комплекс инженерных задач. Шисбр готовили в инженерном отношении прорыв сильно укрепленных позиций противника и обеспечивали его своим непосредственным участием. В ходе наступления они вели дорожно-мостовые и другие инженерные работы, прокладывали колонные пути, прикрывали танкоопасные направления, осуществляли сплошное разминирование местности, обезвреживали мины на путях движения наших войск и техники. Бригады обеспечивали оборонительные действия войск и сами непосредственно участвовали в них.

Во второй половине 1944 г. части 19-й шисбр обеспечивали действия 2-го Прибалтийского фронта[199]. Главный удар наносился в направлении г. Даугавпилса (Двинска). В составе войск 4-й ударной армии действовали 91-й и 92-й ошисб, 42-й обро и рота разведки бригады. Инженерное обеспечение боевых действий 5-го танкового корпуса осуществлял 93-й ошисб, а 95-й ошисб и легкопереправочный парк находились в оперативном подчинении 22-й армии. 94-й ошисб находился в распоряжении начальника инженерных войск фронта в качестве противотанкового резерва[200].

Противник занимал заблаговременно подготовленный рубеж обороны, полностью оборудованный в фортификационном отношении и с густой сетью минно-взрывных заграждений. На ряде участков фронта противник оборудовал доты и дзоты, прикрытые проволочными заграждениями и минными полями.

На части бригады возлагались прорыв обороны противника в начале наступления, ведение разведки, разминирование и восстановление маршрутов движения войск, строительство мостов и наведение переправ, сопровождение боевых порядков пехоты, танков и артиллерии, участие в глубоких и обходных рейдах танков и мотопехоты[201]. Накануне наступления от имени Президиума Верховного Совета СССР батальонам бригады были вручены Красные Знамена, что, безусловно, было фактором успеха, имеющим большое морально-психологическое значение.

Взятие г. Даугавпилса (Двинска) открывало путь к Рижскому заливу. Операция проводилась в периоде 10 по 27 июля 1944 г. Основную задачу по взятию города решала левофланговая группировка войск фронта в составе 4-й ударной армии, усиленной 91, 92-м и 93-м ошисб бригады.

Противник всеми силами старался удержать город и приостановить наступление наших войск. Бои за город начались на дальних подступах к нему. Саперы-штурмовики действовали в боевых порядках пехоты и обеспечивали преодоление наступающими войсками различного рода препятствий и заграждений[202].

Перед решительным наступлением на город наши части произвели перегруппировку. Войска 14-го стрелкового корпуса действовали на правом фланге армии, а части 83-го стрелкового корпуса – на левом. 91-й и 92-й ошисб бригады получили самостоятельную задачу. Усиленные подразделениями 42-го обро, они заняли позиции на стыке двух корпусов[203]. 70-я и 41-я танковые бригады 5-го танкового корпуса, в составе которого действовал 93-й ошисб, наносили удар с севера на Старый Форштадт и на запад с выходом к Западной Двине севернее Аушгалены с целью отрезать пути отхода противника из города.

К 9. 00 27 июля третья рота 91-й ошисб капитана Макарашвили и огнеметчики лейтенанта Кутина ворвались На окраину города и завязали уличные бои[204]. Саперы-штурмовики действовали самостоятельно, штурмом овладевая одним домом за другим и выжигая немцев из укрытий. Отдельные, усиленные огнеметчиками, группы саперов-штурмовиков, не задерживаясь на окраине, быстро проникли в центр города и вышли с боем к Западной Двине. Остальные подразделения в это время закончили ликвидацию отдельных групп противника, засевших в домах на северной и северо-восточной окраине города.

Сразу же после взятия города подразделения бригады приступили к его сплошному разминированию. В течение семи дней частями бригады было разминировано 106 км улиц, два крупных моста, 70 общественных зданий и предприятий и 326 жилых кварталов. При этом было обезврежено и снято 38 фугасов с зарядом от 20 до 400 кг каждый, 4 «сюрприза», 1395 противотанковых и 194 противопехотные мины[205].

В это время 93-й ошисб 19-й шисбр обеспечивал боевые действия 5-го танкового корпуса. Саперы-штурмовики вели инженерную разведку, устраняли заграждения на маршрутах движения, строили мосты и наводили переправы, оборудовали броды и колонные пути в лесах и через болота. Подразделения батальона принимали непосредственное участие совместно с частями танкового корпуса в освобождении десятков городов Прибалтики, в числе которых Барковичи, Дрисса, Росица, Индра, Краслава, Вигосово, Ливани, Крустниле, Двинск. Причем в отдельные периоды боевых действий танки отрывались от сопровождавших их пехотных частей, и в этих случаях саперы-штурмовики занимали оборону в голове танковых частей, самоотверженно и с успехом отбивали все контратаки противника.

95-й ошисб вместе с легкопереправочным парком бригады находились в оперативном подчинении командующего 22-й армией. Батальон и парк бригады получили задачу обеспечить форсирование р. Айвиэксте с переправой полковой, дивизионной и корпусной артиллерии. В ночь на 10 августа 1944 г. части 130-го латышского стрелкового корпуса и 44-го стрелкового корпуса вплотную подошли к реке и были готовы ее форсировать на участке Крумини, Рушендорфас.

В течение первой половины дня части 43-й гвардейской латышской стрелковой дивизии форсировали на подручных средствах реку и заняли плацдарм на ее правом берегу.

Командующий 22-й армией генерал-лейтенант Г. П. Короткое поставил задачу навести мост под груз 16 т к 20. 00 10 августа. Во второй половине дня все переправочное имущество было подтянуто в район сосредоточения, в 800 м южнее Рушендорфас.

Сборку моста производила рота под командой старшего лейтенанта Герасимова. Благодаря самоотверженной работе саперов-штурмовиков и четкому руководству со стороны офицеров, мост длиной 52 м был наведен на полчаса раньше установленного срока.

В тот же день третья рота батальона под командой капитана Маркмана оборудовала десантную и паромную переправы для войск 44-го стрелкового корпуса в районе Сациняс, Крумини. Своевременно организованная десантная переправа в течение часа позволила перебросить на правый берег под огнем противника свыше одного стрелкового полка, минометный дивизионный пулеметный батальон.

В целом, обеспечивая в инженерном отношении наступление войск 22-й армии, батальон в периоде 10 июля по 27 августа 1944 г. выполнил значительный объем инженерных работ. Так, с 10 по 29 июля, действуя в составе подвижной группы, батальон обеспечил продвижение танков, артиллерии, мотопехоты и всех видов транспорта 26-й стрелковой дивизии, 19-й танковой бригады, 252-го полка самоходных пушек, 44-й зенитной дивизии, непосредственно участвовал в прорыве оборонительных полос противника и в боях при его преследовании. При этом подразделения батальона действовали в головном дозоре, головном отряде и в составе главных сил подвижной группы. Они вели непрерывную инженерную разведку, разминировали маршруты движения танков, артиллерии и мотопехоты, восстанавливали дороги и мосты, прокладывали колонные пути по лесным массивам и болотам, наводили переправы из табельных средств через водные преграды под непосредственным воздействием огня противника.

С 27 июля по 27 августа батальон навел четыре переправы. При их эксплуатации было пропущено и перевезено 1199 автомашин, 306 единиц артиллерии разного калибра, 1645 конских повозок с грузом, 5476 человек.

Неделю, с 14 по 20 августа, батальон оборонял передний край обороны и занимал по фронту 5 км. За это время саперы-штурмовики уничтожили 35 солдат противника и подавили 6 огневых точек.

Только по основным видам инженерного обеспечения наступающих войск 22-й армии батальон снял 5272 мины противника, обезвредил 215 фугасов мощностью от 20 до 60 кг ВВ каждый, разминировал 236 км маршрутов, построил и восстановил 36 мостов общей длиной 278 м, оборудовал более 6 км объездов и 8 бродов, построил 7 КП и НП, 452 м гатей, проложил 32 км колонных путей, отрыл около 450 м траншей полного профиля со стрелковыми ячейками и щелей для личного состава[206].

Приказом Верховного главнокомандующего № 0253 9 августа 1944 г. за успехи, достигнутые в боях с немецко-фашистскими захватчиками и за отличие при овладении г. Двинск 19-й шисбр присвоено наименование «Двинская»[207].

В сентябре – октябре 1944 г. 19-я бригада выполнила ряд задач командующего войсками 2-го Прибалтийского фронта[208].

В ночь на 24 сентября бригада всем составом в полосе 22-й армии заняла рубеж обороны в 12 км по фронту. Утром бригада перешла в наступление и, преследуя отходящего противника, продвинулась вперед от 4 до 6 км, освободив более десятка населенных пунктов.

26 сентября все части бригады сосредоточились в одном районе с задачей обеспечить в ночь на 27 сентября переправу части войск 3-й ударной и 22-й армий через реку Западная Двина. В течение ночи бригаде удалось выполнить задачу. В тот же день она была переброшена на передний край. Здесь батальоны бригады сменили в обороне части 100-го стрелкового корпуса 42-й армии для прикрытия выхода войск фронта на левый берег Западной Двины.

Прочно удерживая занимаемый рубеж и огнем стрелкового оружия отбивая контратаки противника, саперы-штурмовики обеспечили перегруппировку и переправу войск обеих армий.

29 сентября 1944 г. бригада поступила в оперативное подчинение командира 93-го стрелкового корпуса 22-й армии, была снята с обороны на правом берегу Западной Двины и форсированным маршем переброшена в район г. Иецава, где все части бригады сосредоточились 1 октября. В ночь на 2 октября бригада заняла рубеж обороны по южному берегу реки Иецава протяженностью в 22 км[209].

В обобщенном кратком виде боевые действия 19-й шисбр нашли свое отражение в отзыве командира 93-го стрелкового корпуса[210].

«С 2 по 14 октября в трудных условиях оборонительного боя, не имея достаточного опыта ведения и выполнения задач стрелковых частей, – подчеркивалось в документе, – непрерывными действиями бригада прочно удерживала занимаемый рубеж, сковывая перед своим участком значительно превосходящего противника, имеющего в составе танковые и самоходные подразделения, а также отдельные артминометные части. Располагая минимальными поддерживающими средствами, части бригады неоднократно отбивали до 10 контратак противника, осуществленных им при содействии танков и самоходных орудий. Измотав противника, бригада перешла в наступление, прорвала укрепленную и эшелонированную полевую оборону противника, продвинулась вперед с боями на 15 км, входе которых заняла более 150 населенных пунктов. За период обороны и наступательных действий бригада уничтожила около 250 солдат и офицеров и захватила различного рода трофеи».

В целом за 1944 г. бригада овладела свыше 220 населенными пунктами, уничтожила более 700 солдат и офицеров, взяла в плен 46 человек, установила 28 000 противотанковых и 57 400 противопехотных мин. Саперами-штурмовиками было снято и подорвано 42 040 противотанковых и 28 070 противопехотных мин, сделано 453 000 кв. м лесных завалов, установлено около 30 км проволочных препятствий, разминировано 44 населенных пункта, снято 345 фугасов, разминировано, восстановлено и построено большое количество дорог, мостов, паромных переправ, блиндажей, дзотов, полукапониров и других инженерных сооружений[211].

Во исполнение приказа начальника инженерных войск 2-го Прибалтийского фронта и командующего 10-й гвардейской армии 25 февраля 1945 г. 19-я бригада в полном составе приступила к организации штурмовых групп, имеющих специальные задачи по штурму, захвату и уничтожению отдельных опорных пунктов, самоходных установок, бронеколпаков и дзотов[212]. Созданием штурмовых групп преследовалась цель образовать проходы, а если удастся, прорвать сильно укрепленную оборону противника путем уничтожения огневых точек на направлении главного удара, обеспечив тем самым наступательные действия основных боевых порядков пехоты. Предполагались и ночные действия штурмовых групп, что должно было создать непрерывность боя.

По существу, за весь период нахождения бригады в действующей армии ее части впервые приступили к выполнению той задачи, для которой в основном предназначались и которую могли выполнять значительно лучше других инженерных частей.

Действия штурмовых групп осуществлялись при поддержке стрелковых подразделений, обеспечивающих закрепление достигнутого ими успеха. С этой целью батальоны бригады по приказу командующего армией были подчинены стрелковым дивизиям, в которых из состава батальона были организованы по 6–9 штурмовых групп численностью по 18 человек в каждой во главе с командиром взвода ошисб. Каждая штурмовая группа состояла из подгруппы разведки и разграждения в 6–8 человек и подгруппы блокировки в 7–10 человек, включая огнеметчиков с ранцевыми огнеметами. Некоторые штурмовые группы имели большую численность.

Днем 26 февраля наблюдением с инженерных наблюдательных постов были определены наиболее скрытные подступы к объектам блокировки, а также режим огня противника на направлении действий групп.

В 3. 00 ночи 27 февраля штурмовые группы начали движение к дзотам с двух направлений обхватом. Проходы в заграждениях были проделаны заранее и обозначены указателями. Впереди групп на обоих направлениях двигались по два сапера с зарядами ВВ и противотанковыми минами, прикрепленными к шестам для удобства передвижения ползком. На удалении 50 м попарно двигались группы с противотанковыми и ручными гранатами, вслед за ними – саперы-автоматчики с ручным пулеметом.

Противник заметил движение штурмовых групп и встретил саперов на расстоянии около 80 м от дзотов сильным пулеметным огнем. По вызову командиров групп средства усиления открыли огонь на подавление огневых точек противника.

Саперы броском приблизились к дзотам. Группы с противотанковыми гранатами в это время выдвинулись к ходам сообщения и, забросав их гранатами, отрезали пути отхода гарнизонам противника. Сосредоточенными зарядами, уложенными на дзоты и в амбразуры, саперы-штурмовики взорвали оба дзота с находившимися в них гарнизонами и вооружением. Противник открыл по захваченным объектам сильный минометный огонь и бросил в контратаку более роты пехоты. В течение получаса саперы вели интенсивный напряженный бой, в котором уничтожили 18 солдат противника и 4 станковых пулемета. Выполнив поставленную задачу, штурмовые группы отошли на исходные позиции. Путь для действия стрелковых частей был открыт.

Уместно заметить, что в этой ситуации саперы-штурмовики не имели поддержки, то есть группы закрепления, что не позволило удержать им занятый рубеж. В дальнейшем штурмовые группы бригады действовали в основном подобным же образом, что значительно снижало эффективность их действий и приводило к потерям. Кроме того, штурмовые группы, по существу, не имели времени на проведение разведки, предварительных инженерных работ и необходимую подготовку и тренировку.

Анализ боевых действий бригад, в том числе 19-й шисбр в составе 2-го Прибалтийского фронта, показывает на их многообразную деятельность. Саперы-штурмовики выполняли практически весь комплекс инженерных работ, причем эффективно и с высоким качеством. Приведенные выше примеры боевых действий саперов-штурмовиков отражают наиболее характерные из них, в том числе и те, на которые налагался запрет руководством Красной Армии. Прежде всего, это использование частей шисбр в качестве пехоты не только в обороне, но и в наступлении, а также в качестве танкового десанта и для сопровождения танков с задачами стрелковых подразделений. В частности, из общего периода нахождения 19-й шисбр в действующей армии, за исключением времени боевой подготовки и передислокации к новым местам сосредоточения, использование ее частей как пехоты составляло около 15%. Столько же занимали действия саперов-штурмовиков в составе штурмовых групп при прорыве сильно укрепленных позиций противника, можно сказать, в основном виде деятельности бригад. Более 35% из общего периода времени занимали действия саперов-штурмовиков, связанные с непосредственным инженерным обеспечением наступательных и оборонительных действий стрелковых частей, в том числе наступление в боевых порядках пехоты и прикрытие танкоопасных направлений. В остальное время части бригады выполняли набор и объем работ, характерный и выполняемый армейскими инженерными частями, полковыми и дивизионными саперами. Но с существенным замечанием – саперы-штурмовики выполняли инженерно-саперные работы на наиболее важных и ответственных участках фронта

Спасибо: 0 
Профиль
феддоренко
постоянный участник


Сообщение: 363
Зарегистрирован: 13.03.10
Репутация: 2
ссылка на сообщение  Отправлено: 14.01.11 11:31. Заголовок: За годы Великой Оте..


За годы Великой Отечественной войны войсками Красной Армии было освобождено 1211 городов, в том числе 484 города девяти европейских государств[238]. В освобождении многих городов принимали участие и штурмовые инженерно-саперные бригады.

Одним из наиболее ярких и характерных боевых действий саперов-штурмовиков при овладении крупным городом явились бои за Кенигсберг (Калининград). В штурме города принимали участие три штурмовые инженерно-саперные бригады – 4-я, 2-я гвардейская моторизованная и 3-я.

К концу февраля 1945 г. войска 3-го Белорусского фронта блокировали город с четырех сторон – с северо-запада, с севера, с востока и с юга. Началась подготовка к штурму города. Кенигсберг представлял собой мощный укрепленный район и являлся, по существу, форпостом Германии на восточной границе. В ходе войны немцы превратили город в один из мощных укрепленных районов Восточной Пруссии. Высокая прочность обороны Кенигсберга определялась наличием многочисленных полевых укреплений, их умелым сочетанием с долговременными фортификационными сооружениями, хорошим использованием местности, большими силами и средствами противника.

Частям 3-го Белорусского фронта предстояло выполнить весьма трудную и сложную задачу – преодолеть мощную систему полевых и долговременных оборонительных сооружений и овладеть городом. Решение этой задачи требовало значительных и специально подготовленных сил. В составе фронта была создана Земландская группа войск, которой поручалась подготовка и организация штурма Кенигсберга.

"Штурмовые бригады Красной Армии в бою"

С целью эффективной подготовки к освобождению города для войск были изданы указания по прорыву Кенигсбергского укрепленного района и штурму г. Кенигсберга[239].

Кенигсбергский УР представлял собой сложный инженерный комплекс и состоял из двух поясов обороны: внешнего и внутреннего.

Внешний оборонительный пояс имел протяженность до 50 км и был оборудован по принципу опорных пунктов и узлов сопротивления. В его полосе было создано 12 основных и 3 добавочных форта с системой долговременных сооружений, сплошной круговой, наполненный водой противотанковый ров шириной 6–10 м и глубиной до 3 м; 2–3 линии траншей, проволочные заграждения и минные поля.

Форт сверху представлял собой сжатый симметричный шестиугольник размером 200–360 м по длине и 100–180 м по ширине. Общая высота составляла от 12 до 20 м, в том числе над поверхностью земли – 5–12м.

Стены и несущие покрытия были выполнены из кирпича и имели толщину от 1, 1 до 1, 8 м. Все каменные постройки защищались земляной обсыпкой, имеющей в отдельных местах толщину 5–6 м. Все это делало основные сооружения форта почти неуязвимыми для огня артиллерии.

Следует подчеркнуть, что основным элементом полевой фортификации явилась система траншей и ходов сообщений с многочисленными противотанковыми и противопехотными препятствиями. Траншейная система была оборудована на всю глубину обороны.

О масштабах применения траншей в системе обороны можно судить по следующим данным: на отдельных участках на 1 км фронта приходилось до 15 км траншей и ходов сообщений, до предела насыщенных пулеметными площадками и стрелковыми ячейками[240].

Противотанковые препятствия опоясывали город двумя-тремя сплошными кольцами. Даже в тех случаях, когда перед передним краем обороны имелось естественное препятствие, параллельно ему все равно оборудовался противотанковый ров. Общая длина противотанковых рвов по внешнему обводу составила 48 км, по внутреннему обводу – 2, 5 км[241]. Фасы рвов простреливались артиллерийско-пулеметным огнем. Траншея отрывалась на удалении 10–20 м от рва.

Противопехотные проволочные препятствия прикрывали передний край обороны противника в 1–2 линии.

Массовое применение на всю глубину обороны нашли взрывные заграждения. Передний край обороны сплошь был прикрыт минными противотанковыми и противопехотными полями. Основные танкоопасные направления минировались на глубину 5–6 км и имели большую плотность. Так, на отдельных направлениях южного участка фронта плотность минирования достигала 3500 противотанковых и 4500 противопехотных мин[242].

Внутренний оборонительный пояс имел 24 земляных форта; многочисленные опорные пункты в виде приспособленных для обороны каменных зданий, парков, садов, бульваров и целых кварталов, а также завалов, надолбов, баррикад и т. д.[243]

"Штурмовые бригады Красной Армии в бою"

По существу, второй оборонительный пояс являлся крепостью, окружающей старый город и базирующейся на соответственных препятствиях. Его общая длина составляла 10 км[244].

Большинство наиболее прочных построек было приведено в оборонительное состояние путем заделки всех проемов полуподвальных и первых этажей с устройством амбразур.

Основным типом заграждений внутри города противником применялись баррикады. Для движения было оставлено строго ограниченное число улиц, движение по которым осуществлялось по узким проездам (3–4 м), подготовленным к закрытию металлическими или железобетонными балками. Все остальные улицы и переулки в нескольких местах были забаррикадированы. Баррикады возводились из кирпича или камня с металлической или деревянной одеждой. Их ширина достигала 8 м, а высота – 2, 5 м[245]. В ряде случаев система их обхода и объезда по соседним улицам приводила в замкнутые лабиринты, т. е. огневые мешки. Подступы к баррикадам простреливались из специально оборудованных огневых точек. Рвы, надолбы и прочие препятствия дополняли систему баррикад и взрывных заграждений.

К началу штурма Кенигсберга противник на площади в 200 кв. км имел около 500 км траншей и ходов сообщений, более 60 км противотанковых рвов и каналов, свыше 1000 приспособленных к обороне зданий, более 60 дотов и дзотов, около 600 убежищ долговременного типа, широкую сеть артиллерийских и минометных позиций, наблюдательных пунктов, свыше 500 км проволочных препятствий и свыше 150 тысяч противотанковых и противопехотных мин.

В целом можно сделать вывод, что инженерная подготовка крепости обеспечила оборонительной системе непрерывность по фронту и на всю глубину, замкнутость системы в целом и отдельных ее элементов, непроницаемость с фронта и с флангов. Особенности местности: наличие водных преград с крутыми берегами и широкими болотистыми поймами, разветвленная сеть оросительных каналов и др., а также весенняя распутица в значительной степени усиливали оборону противника. Это в свою очередь выдвигало ряд дополнительных требований и вызывало необходимость проведения целого ряда инженерных мероприятий по обеспечению штурма.

Войскам 3-го Белорусского фронта предстояло выполнить весьма сложную задачу. Прорыв обороны противника намечался на узких участках – 5–8 км на армию, предстояло действовать главным образом в составе штурмовых групп[246]. Инженерно-саперные части, не вошедшие в их состав, создавали отряды разграждения и отряды восстановления дорог и мостов.

Опыт Великой Отечественной войны определил основные задачи инженерного обеспечения боев за крупные населенные пункты как в подготовительный период, так и в период штурма. Вместе с тем подготовка и штурм конкретного населенного пункта имели свои особенности. Условия обстановки и замысел операции по овладению г. Кенигсбергом выдвинули ряд специфических инженерно-саперных задач[247].

"Штурмовые бригады Красной Армии в бою"

В частности, нейтральная полоса и передний край обороны противника на Кенигсбергском обводе изобиловали большим количеством бункеров, железобетонных и кирпичных убежищ, наличие которых могло оказаться серьезной помехой при атаке наших войск. Подразделения противника могли укрыться в них в период артподготовки и встретить неожиданным огнем атакующих. За несколько дней до штурма специально созданные команды, в основном состоящие из саперов-штурмовиков, взорвали все укрытия в межтраншейном пространстве и частично на переднем крае обороны противника. Подрыв бункеров осуществлялся ночью. Уже в период подготовки к атаке города саперы получили некоторую боевую практику штурмовых действий.

В общем комплексе инженерных мероприятий при подготовке штурма Кенигсберга осуществлялась подготовка в инженерном отношении двух десантных операций.

В ходе подготовки к штурму города инженерные войска при активном участии подразделений шисбр успешно решали задачи по организации и ведению инженерной разведки, оборудованию исходного положения для наступления, подготовке дорог и мостов, разминированию и устройству проходов в заграждениях, обеспечению флангов и организации ПОЗ. Только на южном участке фронта перед Кенигсбергской операцией на переднем крае было совершено 375 выходов, в том числе 14 выходов в тыл противника, давших весьма ценные сведения об обороне противника[248].

С целью быстрого и беспрепятственного продвижения всего боевого порядка и организации бесперебойного обеспечения войск всеми видами вооружения, боеприпасами и другим довольствием каждая дивизия первого эшелона имела два маршрута и 20 проходов в заграждениях[249].

Среди прочих условий успеха штурма большое значение имеет организация боевой подготовки инженерных частей, инженерная подготовка других родов войск, отработка взаимодействия, сколачивание и тренировка штурмовых групп.

Особое внимание уделялось подготовке отдельных штурмовых инженерно-саперных батальонов[250]. Кроме специальной и тактико-специальной подготовки, в программу была включена и огневая. За семь дней до начала операции личный состав взводов ошисб был включен в состав штурмовых групп, размещен совместно с их подразделениями и зачислен на довольствие. Дальнейшая боевая подготовка велась по программам штабов стрелковых частей.

Весь офицерский состав инженерных войск прошел специальные сборы. На отдельных из них испытывались предложенные средства инженерного имущества и принимались наиболее рациональные образцы. Была установлена система наиболее простых и доходчивых условных сигналов. Опытным путем определялся предельный вес вооружения сапера-штурмовика.

Подготовка войск велась на местности и в близких к действительности условиях.

"Штурмовые бригады Красной Армии в бою"

Глубокое эшелонирование инженерно-саперных частей в Кенигсбергской операции выступало важнейшим условием успешного инженерного обеспечения боя за город. В ходе штурма инженерные войска действовали тремя эшелонами[251].

Первый эшелон состоял из войсковых саперов и саперов-штурмовиков шисбр. Они следовали в боевых порядках наступающих войск и выполняли задачи инженерной разведки, участвовали в штурмовых действиях, обеспечивали войска проходами в заграждениях противника и пропускали артиллерию, другую боевую технику через заграждения и водные преграды. Кроме этого, инженерно-саперные части обеспечивали боевые действия танков, закрепляли захваченные объекты и прикрывали внешние фланги инженерными средствами.

Корпусные, а также приданные армейские и фронтовые инженерные части второго эшелона следовали непосредственно за боевыми порядками и занимались разминированием маршрутов, расчисткой проездов в препятствиях, производили необходимые дорожно-мостовые работы.

Армейские и приданные армиям инженерные части усиления третьего эшелона осуществляли контрольную проверку маршрутов на минирование, строительство мостов грузоподъемностью 60 т, разминирование города и выполняли специальные задачи.

Части 4-й шисбр (командир – полковник С. Ф. Лукашенко), 2-й гвардейской шисбр (командир – полковник Г. Т. Соколов), 9-й шисбр (командир – генерал-майор Ф. С. Пошехонцев) были распределены по войскам первого эшелона. По одному батальону на стрелковую дивизию[252].

Каждому передовому полку придавалось по одной штурмовой инженерно-саперной роте и взводу огнеметчиков[253]. С целью организации эффективного управления командир ошисб имел непосредственную связь с командиром дивизии, а командиры рот с полками.

Главное внимание при инженерной подготовке штурма города уделялось организации, вооружению, снаряжению и боевой слаженности подразделений ошисб, входящих в состав штурмовых групп. При подготовке штурма г. Кенигсберг группы состояли из стрелковой роты, взвода станковых пулеметов, взвода 82-мм минометов, 2–3 орудий, 1–2 танков или СУ, ПТР, отделения огнеметчиков и 2–3 химиков[254]. В каждой стрелковой дивизии было организовано по 10–12 штурмовых групп[255].

Последние делились на подгруппы: штурма, огневые, закрепления и резерва[256]. Взвод саперов-штурмовиков, усиленный 3–4 огнеметчиками, распределялся по всем подгруппам, кроме резерва[257]. Около 70% личного состава взвода входило в подгруппу штурма, распределявшегося по командам[258]. Команда разведки и разграждения производила разведку естественных и искусственных препятствий, огневых сооружений и подходов к ним, устраивала проходы в заграждениях для пропуска штурмовой группы.

Пропуск танков или СУ через минно-взрывные заграждения, естественные и искусственные препятствия осуществляла команда обеспечения танков.

"Штурмовые бригады Красной Армии в бою"

Команда подрывников выполняла, пожалуй, главную задачу – подрыв и уничтожение дотов, дзотов и укрепленных зданий.

Вместе с ней действовала команда огнеметчиков. Огнеметчики выжигали гарнизон противника из дотов, дзотов, укрепленных построек, отражали контратаки пехоты и танков противника, закрепляли захваченные объекты, при необходимости сжигали укрепленные здания.

Саперы-штурмовики команды закрепления осуществляли устройство заграждений, руководили работами по приспособлению зданий к обороне.

Обеспечением взводов всем необходимым для боя имуществом (ВВ, боеприпасов, огнесмеси и т. д.) занималась команда обеспечения (подносчиков).

Вооружение и оснащение взвода саперов-штурмовиков состояло из 24 автоматов с двумя дисками патронов, 88 ручных и 19 противотанковых гранат, ранцевых огнеметов, миноискателей, 6 щупов, 6 кошек с веревками, 2 кумулятивных, 18 сосредоточенных и 6 удлиненных зарядов ВВ, волокуш, веревочных и деревянных штурмовых лестниц, ножниц, земленосных мешков, противотанковых мин, шанцевого инструмента, финских ножей, флажков – в общей сложности всего 37 наименований[259].

Вопрос обеспечения штурмовых групп инженерными средствами имел исключительное значение. Часть резерва инженерных средств при проведении Кенигсбергской операции находилась на армейских отделениях складов (летучках), расположенных на удалении 8 км от линии фронта. Но всей проблемы обеспечения саперов-штурмовиков, входящих в состав штурмовых групп, такой подход не решал. Задача оперативного снабжения в период штурма была решена путем организации подвижных складов инженерного имущества, следовавших за штурмовыми группами[260]. Взвод саперов-штурмовиков имел в своем распоряжении пароконную повозку, где находилось 30 наименований различного инженерного имущества – от кумулятивных и сосредоточенных зарядов до флажков.

Разгром кенигсбергской группировки противника планировалось осуществить мощными ударами по сходящимся направлениям: с севера – войсками 39-й, 43-й и 50-й армий и с юга – войсками 11-й гвардейской армии и к исходу третьего дня операции овладеть городом[261]

К наступлению все было готово, и 6 апреля 1945 г. войска двинулись на штурм крепости. Подразделения шисбр, входившие в состав штурмовых групп, активно вели борьбу с противником, разрушая оборонительные сооружения, которые не были уничтожены авиацией, огнем артиллерии или танками. Найти наиболее слабое, наиболее уязвимое место оборонительного сооружения выступало одним из главных условий успеха штурма.

Тактические приемы штурмовых групп в Кенигсбергской операции были самыми разнообразными[262]Умелый маневр и успешные действия штурмовой группы – в большей степени результат творческой инициативы офицеров и солдат.

В обобщенном виде характер действий штурмовых групп при штурме Кенигсберга выглядел следующим образом. По сигналу атаки штурмовая подгруппа под прикрытием артиллерийско-минометного огня огневой подгруппы выдвигалась на возможно близкую дистанцию к объекту штурма. Саперы-штурмовики подтягивали к сооружению штурма ВВ, кумулятивные и сосредоточенные заряды, земленосные мешки. А в это время огневая подгруппа мощным огнем подавляла атакуемое огневое сооружение и соседние огневые точки. Ставилась дымовая завеса, ослеплялись амбразуры, на флангах штурмовой группы создавались отсечные дымовые завесы. В этот момент команда разграждения прокладывала проходы в заграждениях, прикрывающих атакуемые объекты, расчищала путь для действий подгруппы штурма.

"Штурмовые бригады Красной Армии в бою"

Танки по проходам подходили вплотную к Объекту и своим огнем подавляли огневую точку или своим корпусом закрывали ее амбразуры. Личный состав подгруппы штурма броском выдвигался к объекту атаки, забрасывал гранатами и обстреливал из автоматов гарнизон объекта через пролазы, амбразуры, проемы в стенах и врывался в опорный пункт.

Однако ворваться внутрь объекта штурма было, как правило, крайне трудно. Поэтому саперы-штурмовики, подрывая стены кумулятивными или сосредоточенными зарядами, устраивали проходы для подгруппы штурма и, что характерно, очень часто уничтожали взрывами зарядов и гарнизон объекта. В свою очередь огнеметчики создавали очаги пожара, выкуривая гарнизон противника и обеспечивая штурмовой группе возможность проникнуть внутрь атакуемого объекта. Ранцевые огнеметы показали себя как эффективное средство борьбы в городе[263]. Важным условием их успешного применения явилось обеспечение своевременной перезаправки РОКС на взводном подвижном складе.

Чрезвычайно важной задачей штурмовых групп и в первую очередь саперов-штурмовиков явилось закрепление захваченных объектов. При этом закрепление в основном производилось не после полного очищения объекта от личного состава противника, а в динамике боя. Противник пытался отбить потерянные здания и восстановить положение, используя для этого гарнизоны ближайших объектов. Иногда это ему удавалось. Поэтому саперы-штурмовики старались как можно быстрее приступить к приведению зданий в оборонительное состояние и прикрыть подступы к нему имеющимися у штурмовой группы минами. Но вместе с тем действия штурмовой группы должны были развиваться дальше. Надо было продолжать штурм следующих объектов. При штурме Кенигсберга перед саперами-штурмовиками стояла чрезвычайно сложная задача – обеспечить движение штурмовой группы вперед к следующему объекту штурма и осуществить закрепление захваченного сооружения. В целом саперы-штурмовики успешно справлялись с этой задачей.

Проходы в баррикадах и надолбах устраивались взрывным способом или артиллерийским огнем, так как разборка баррикад требовала много времени и создавала недопустимые паузы в боевых действиях наступающих войск.

Следует заметить, что система снабжения штурмовой группы инженерными средствами путем организации подвижных складов оправдала себя полностью. А резерв инженерных сил, особенно в звене штурмовых групп, позволял осуществить не только маневр, но и успешное выполнение задачи штурма.

Кенигсбергская операция была характерна штурмовыми действиями от начала и до ее завершения. Штурмом начался прорыв внешнего фортового обвода. Вот несколько примеров[264].

Форт № 8 прикрывали две линии траншей, сплошные противотанковые и противопехотные минные поля, а также проволочные препятствия. Гарнизон форта состоял из 400 солдат и офицеров, имевших на вооружении, кроме стрелкового оружия, несколько орудий и минометов. Под прикрытием огневой подгруппы команда разведки и разграждения устроила проходы в заграждениях. Для штурма форта были организованы две штурмовые группы, одна из которых действовала с северо-востока, а другая – с юго-запада. В этом случае штурмовые группы были усилены фугасными огнеметами, позиции которых определили против головного капонира.

"Штурмовые бригады Красной Армии в бою"

В ров, окружающий форт, были сброшены дымовые шашки, дым которых заполнил ров и ослепил амбразуры огневых сооружений форта. Одновременно был открыт минометный обстрел сооружений форта, а огнеметы стали производить огнеметание по амбразурам головного капонира. Саперы подвесили штурмовые веревочные лестницы. Под прикрытием дыма и пулеметного огня в ров по лестницам спустились стрелковые подразделения и команда подрывников штурмовой группы. Прорвавшись к форту, стрелковые подразделения штурмовых групп блокировали выходы из форта и забросали окна первого этажа правого крыла казармы гранатами. Саперы-штурмовики взрывным способом проделали два проема в перекрытиях оголовков складов, через которые внутрь подземных помещений ворвались автоматчики. Сознавая бессмысленность дальнейшего сопротивления, гарнизон форта сдался. Было взято в плен 150 солдат и офицеров, в том числе комендант форта. Кроме этого, было захвачено шесть 53-мм орудий, 38 пулеметов, 100 винтовок, 4 батальонных миномета, склад с месячным запасом продовольствия, горючего и боеприпасов.

Особо упорная борьба развернулась за железобетонные убежища, расположенные вдоль окружной шоссейной дороги и уцелевшие после артиллерийской и авиационной обработки. Засевшие в них гарнизоны противника яростно оборонялись. Артиллерия сопровождения пехоты не могла своим огнем пробить стены убежищ, а артиллерия большей мощности не могла вести огонь из-за вероятности поражения своих войск. Было решено взорвать убежища зарядами ВВ. Для решения этой задачи использовались саперы-штурмовики. Под прикрытием огня всех видов оружия штурмовики подползали к убежищам с зарядами ВВ и производили взрывы. Гарнизоны в большинстве случаев уничтожались силой взрыва, а оставшиеся – огнем пехоты или сдавались в плен. Так, для подрыва железобетонного убежища в районе Паршау потребовался заряд в 800 кг ВВ. Гарнизон в количестве 120 человек после взрыва сдался в плен. Убежище в районе артиллерийского полигона было подорвано вместе с его гарнизоном.

В районе 207-го квартала противник огнем из церкви сдерживал наступление наших частей. Саперный взвод 9-й шисбр получил задачу подорвать ее. Под прикрытием огня штурмовой группы и дымовых завес команда подрывников под руководством старшего лейтенанта Королева подтащила к церкви 300 кг ВВ. Взрывом часть южного фасада церкви была разрушена. Противник, отошедший после взрыва в северную часть церкви, пехотными подразделениями, проникшими через пролом, был выбит из нее.

Группа немцев, засевшая в подвале одного из зданий, простреливала улицу. Младший сержант Питейкин, рядовые Горленский и Лебедев, ползком подобравшись к подвалу, зарядом ВВ подорвали металлическую дверь. Ворвавшись в подвал, саперы-штурмовики захватили 8 пленных, 3 ручных пулемета и 5 автоматов.

"Штурмовые бригады Красной Армии в бою"

Сапер-штурмовик Никитин при сопровождении самоходной установки, действовавшей в составе штурмовой группы, в районе Понарт заметил на улице струйку дыма. Спрыгнув с самоходки, Никитин обнаружил замаскированный фугас весом 100 кг, установленный немцами. Никитин перерезал дымящийся бикфордов шнур и обезвредил фугас. Самоходные орудия без потерь и задержки продолжали путь.

В ночь с 6 на 7 апреля 1945 г. подразделение старшего лейтенанта Кириллова получило задачу блокировать бункер в районе Нойфорверка. Атаковав бункер, пехота вынудила противника укрыться в казематах. Несмотря на сильный обстрел со стороны соседних огневых точек противника, саперы-штурмовики уложили на перекрытия бункера заряд в 500 кг ВВ и подорвали его. Но этого оказалось недостаточно, заряд не пробил железобетонного перекрытия. В образовавшуюся воронку был заложен второй заряд весом 300 кг. Вторым взрывом перекрытие было пробито. После короткого боя гарнизон бункера сдался в плен.

Опыт штурма г. Кенигсберга показал, что принятая организация взвода саперов-штурмовиков в составе штурмовой группы с ее тактическими приемами, вооружением и снаряжением полностью себя оправдала. Выдержала экзамен и система снабжения инженерных штурмовых действий подвижными складами имущества.

Об эффективности действий подразделений шисбр красноречиво говорят показатели, которые не являются полными[265].

Так, саперы-штурмовики, действовавшие в полосе фронта 11-й гвардейской армии, блокировали 3 форта, взорвали 9 железобетонных убежищ и 20 дотов, подорвали 510 огневых точек, находящихся в зданиях, устроили подрывным способом 198 проемов в зданиях и 42 прохода в баррикадах. Огнеметчики подожгли 105 укрепленных домов. Всего уничтожено более 2000 солдат и офицеров противника и свыше 1500 – взято в плен.

Штурм такого мощного укрепленного города, как Кенигсберг, можно назвать скоротечным. Продолжая наращивать удары, 7 апреля войска фронта разгромили последние резервы противника, с севера завязали бои в городе, а с юга вышли к реке Прегель и форсировали ее.

8 апреля войска 11-й гвардейской армии и 13-го гвардейского стрелкового корпуса 43-й армии соединились в районе Амалиенау, отрезав части противника от моря.

Мощный редут Восточной Пруссии, ее политический и экономический центр, база вековой немецкой экспансии на восток, родина философа Эммануила Канта, стратегически важный узел обороны, крепость, удовлетворяющая требованиям долговременной обороны, имевшая гарнизон в 150000 человек, под ударами наших войск пала. В 21 час. 30 мин 9 апреля 1945 г. остатки немецкого гарнизона вместе с его штабом прекратили сопротивление и сложили оружие.




Спасибо: 0 
Профиль
Ответов - 62 , стр: 1 2 3 4 All [только новые]
Тему читают:
- участник сейчас на форуме
- участник вне форума
Все даты в формате GMT  4 час. Хитов сегодня: 7
Права: смайлы да, картинки да, шрифты нет, голосования нет
аватары да, автозамена ссылок вкл, премодерация откл, правка нет



Бесплатные готовые дизайны для форумов